- Почему все отводят глаза? Стыдно, что ли? - не поняла я.
- Протокол, - пояснила Алина. - Этикет взгляда. Просители не имеют права смотреть в глаза Его Высочеству, чтобы не смущать.
- Да-а, тяжела ты, шейхская куфия!
- Не куфия, - возразила уже подковавшаяся в арабских реалиях Алина. - Куфия - это платок, в который здешние мужики головы заматывают. Если по аналогии с шапкой Мономаха, тогда - «тяжела ты, шейская укаль» - это черная уздечка, которая у них вокруг головы.
- Укаль так укаль! А ест он, бедный, в одиночестве? Или с женами?
- Скажешь тоже, с женами! Его Высочество человек, конечно, демократичный, европеизированный, но не настолько же, чтобы собственных жен за один стол с собою посадить!
Аудиенция набирала темп. Посетители в своих белых хламидах и в цивильных явно недешевых костюмчиках, не задерживаясь, сменяли друг друга у ног Его Высочества. С одним лишь европейского вида челобитчиком заминочка вышла. Он застрял у Шейховых ног. Вскоре рядом с ним возник бойкого вида десятилетний мальчик в шортах-бермудах и сдвинутой на ухо кепке-бейсболке - копия мой Сашка. Кинг-Конг с помощниками прибежали в нашу комнату. И принялись отдирать со стены огромный телевизор, на котором мы и смотрели трансляцию.
- Шу аку? Что происходит?
Из нескольких доступных ей арабских фраз Алина пыталась понять, в чем дело. Кинг-Конг в ответ мычал, помощники молчали, но кое-что моя последовательница разобрать смогла.
- Чадолюбив! - присвистнула Алина не то с восхищением, не то с возмущением. - Британский бизнесмен пришел вопросы поставки нефти согласовывать. И сказал, что сынок в приемной дожидается, у мальчика в оксфордской школе каникулы. Так Его Высочество, своих девятерых детей ему мало, еще и этого решил осчастливить. Бедный, говорит, ребенок! Как же ты там мучаешься! Я сам в той школе столько лет промучился. Ад, а не школа! Я, говорит, здесь не в своей стране, на уик-энд приехал и подарить мне тебе нечего, разве что телевизор. И приказал этот, плазменный, ребенку в Оксфорд отправить.
- Добряк, - согласилась я. - Лучше б нищим детям помогал. У этого нефтяного папаши своих денег и телевизоров куры не клюют. Куда ему еще шейхский подарок.
Кинг-Конг тем временем заканчивал упаковку плоского экрана и дал отмашку прислуге - можно подарочек выносить. Так что окончания аудиенции мы не увидели.
На пятой чашке кофе мой «Тореадор» проснулся вновь. Звонила Женя.
- Лика! Мы с Прингелем уже с ума сходим!
- Вместе сходите?
- Нет, он в пустыне, я в Риме.
- А в Рим ты как попала?
- Очередное ЧП. Долго объяснять. У тебя что случилось?
Мне объяснять было тоже долго. Кратко сказала лишь, что нахожусь в вынужденных гостях у Шейха.
- Надеюсь, не в гареме? - невесело пошутила Женька.
- К счастью, нет! Или к сожалению. В таком гареме пожить бы годик-другой без проблем. Алина уверяет, что это очень даже лучше, чем с нашими мужиками! - пробормотала я и запнулась - зачем говорю про «наших мужиков» Женьке при ее горе. И быстро поменяла тему: - Шейх собирается с нами в Ростов лететь!
- Зачем? - не поняла Женька.
- Сарай в нашем дворе ломать, - сказала я, понимая, насколько неправдоподобно такое заявление звучит, для убедительности добавила: - Предложение, от которого невозможно отказаться.
- Понятно, - протянула Женька. - Новостей последних ты, конечно, не слышала.
- Что-то с Оленем?
- Счета арестовали. И «АлОла», и личные. Даже прингелевские счета заблокировали. Прингель по телефону плачется, что нечем будет бедному за «Аль Маху» расплачиваться.
- И что теперь? - в счетах и прочих банковских премудростях я была не сильна.
- Сама не знаю. Прингель уверяет, что в офшорах у Лешки, конечно, прилично припрятано. Но только Лешка знает, сколько и где, да еще его ближайшие сподвижники, а их вчера вместе с Лешкой замели. Прингель каркает, что как только денежный поток иссякнет, Лешку все бросят - и «компьютерные дизайнеры», и адвокаты. Я не верю.
- И правильно не веришь. Разве можно Лешку бросить! - взвилась я. И сама себя осадила - обещала же сдерживать собственные порывы. Не сдерживаются.
- Не верю. Но подстраховка нужна срочная. Действуем, как договорились. Я уже сижу в самолете, надеюсь, в этот раз долечу до Цюриха. А ты со своим Шейхом быстро сгоняй домой, найди мужей - и скорее в Москву. К тому времени и я вернусь, будем Лешку выручать.
Да-а! Аника-воин в двойном исполнении! Вся империя «АлОла», все юристы, адвокаты, службисты и охранники, все заранее купленные министры и политики Оленя вытащить не могут, а сейчас прискачут две растрепанные тетки, раз-два - и достанут с нар любимого олигарха. Весело. Так весело, аж волком выть хочется! Волком выть... Волком... Что если попробовать попрессовать Игоря Волкова, того министра-капиталиста, которому кабинет и дом оформляла. По всему видно, мужичок со связями. И много знает. Слишком много знает. А я немало теперь знаю про него. Мне дом о его комплексах все рассказал. Знаю, в какие болевые точки теперь целиться.
- Все! - радостно закричал появившийся на пороге Шейх.
Мама мия, я его не узнала! Джинсы, майка-тишотка - нормальный человек, да и только. Вот этого парня можно и Далли называть.
- Что это с вами?
- Каникулы! Улетаем! Немедленно улетаем искать ваш камень, вашего общего мужа.
- Но помимо нашего общего бывшего мужа Кима у меня еще и отдельный бывший муж есть, Тимур. И вчера мне показалось, что я его видела на набережной около Золотого рынка.
- Тимура твоего Хусам, - взгляд в сторону Кинг-Конга, - искать будет. Как найдет, доставит по назначению. Оставим его здесь с важным поручением, а сами полетим налегке.